Российские реформаторы 90-х годов не сумели сделать экономику страны эффективной – ученый-экономист

В публичном научном дискур­се обсуждается опубликованная в переводе работа Стефана Хед­лунда «Невидимые руки, опыт Рос­сии и общественная наука. Спосо­бы объяснения системного прова­ла», которая не оставляет камня на камне от так называемого успе­ха реформ Гайдара-Чубайса.

Само название книги С. Хед­лунда – это не только академи­ческий разбор результата ре­формы, но и объяснение, поче­му не удалось обеспечить пози­тивный результат экономических реформ. Как считает автор, такой успех не мог быть в принципе. С. Хедлунд отмечает: «Чрезвычайно важно то, что реальным результа­том рыночной реформы считало превращение набора неподавля­емых рынков в рамках единой ко­мандной иерархии в набор хищ­нических иерархий, соперничаю­щих друг с другом и окруженных обширным неформальным секто­ром». В то время как предприни­матели «из иерархий, ориенти­рованных на добывающую про­мышленность, успешно захвати­ли государство и отобрали у не­го его активы, предприниматели из неформального сектора были предоставлены сами себе и были вынуждены самостоятельно раз­бираться с вымогающими у них деньги рэкетирами и госслужа­щими».

«Рассматривая этот резуль­тат более пристально, мы заме­тим, что политическая стратегия либерализации рынков и прива­тизации государственной соб­ственности, которая так педали­ровалась в начале реформ, в кон­це концов не сумела сделать эко­номику страны эффективной».

«Но более глубокая проблема в том, что приведение в порядок прав собственности – это слиш­ком узкое понимание самой су­ти институциональной экономи­ки. Куда более общей необхо­димостью является необходи­мость привести в порядок инсти­туты, частью которых выступа­ет собственность». (Olson M. Why the transition to communism is so difficult// Eastern economic journal, 1995. Vol 21. № 4 Р. 458).

«Давайте придерживаться на­шей предпосылки о том, что эко­номическая эффективность во многом определяется тем, как государство относится к задаче гарантировать права собствен­ности и исполнение договоров. У нас есть причины особо подчер­кивать гарантию прав собствен­ности. Как настаивает Олсон, соб­ственность не может быть отделе­на от государства: «Индивиды мо­гут владеть имуществом без госу­дарства: собака владеет костью, однако без государства не суще­ствует частной собственности. Собственность – это социально защищенное притязание на ак­тив, набор прав, реализуемых су­дами, которые поддерживает си­ловая власть государства».